Организация была ликвидирована и исключена из Единого государственного реестра юридических лиц. У нее имеется задолженность перед контрагентом, который намерен взыскать средства с генерального директора уже не действующей компании. Возможно ли доказать вину руководства в данной ситуации и добиться возврата долга с него?

Верховный суд РФ в своем Определении от 22.12.2020 № 66-КГ20-10-К8 разъяснил, можно ли взыскать долг фирмы, исключенной из ЕГРЮЛ, с ее генерального директора.

Как происходит ликвидация предприятия: инструкции для руководителя?

Компания подала в суд на учредителя и генерального директора фирмы, которая имеет перед ней значительную задолженность. Судебным решениями этот факт был установлен еще несколько лет назад, а именно в 2013 году. В 2017 году фирма была исключена из Единого государственного реестра юридических лиц. Однако долг до настоящего времени не погашен.

В исковом заявлении организация указала на бездействие руководства компании в вопросах погашения долга и оспаривания ее исключения из государственного реестра. Также, согласно законодательству, в аналогичных ситуациях генеральный директор обязан был инициировать процедуру банкротства фирмы. Действия директора привели к ущербу организации, поэтому он должен быть привлечен к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции поддержал позицию организации и удовлетворил её иск. Директору не удалось убедительно доказать отсутствие у него права на обращение в суд с заявлением о банкротстве своей компании, а также обосновать свои действия как разумные и не направленные на нанесение ущерба деловым партнерам. Кроме того, сама компания не обладала всеми характеристиками предприятия, признанного неплатежеспособным.

Суды апелляционной и кассационной инстанций установили, что бездействие генерального директора повлекло за собой нанесение убытков организации-контрагенту, равных сумме невыплаченной задолженности.

Как доказать недобросовестность руководства компании?

Обратившись в Верховный суд, руководитель реализовал своё право. Высшие арбитражные инстанции поддержали его позицию, не согласившись с решением «младших» судей.

В качестве аргумента было указано, что Федеральный закон № 127-ФЗ, регулирующий процедуры банкротства, содержит положения, позволяющие привлечь контролирующую фирму-должника к субсидиарной ответственности. Данный закон применяется к организациям, которые могут быть признаны несостоятельными.

Фирма была исключена из Единого государственного реестра юридических лиц, что привело к прекращению ее деятельности по решению налогового органа в соответствии с пунктом 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ. Следовательно, ликвидация фирмы не была вызвана ее неплатежеспособностью. При этом суд применил нормы 127-ФЗ, однако не указал, какая именно норма этого нормативного правового акта может быть использована в отношении лица, не признанного банкротом. Высший суд счел это недопустимым.

Контрагент не предпринял попыток оспорить решение о вычеркивании фирмы из Единого государственного реестра юридических лиц, несмотря на наличие законных оснований и возможностей для этого. Данный факт не был прокомментирован судебными инстанциями. Кроме того, суды не приняли во внимание, что само по себе исключение фирмы из реестра по решению налогового органа не является следствием неправомерных действий директора.

Военные структуры РФ подчеркивают, что привлечь к ответственности руководителя не представляется возможным, если его действия, повлекшие за собой финансовые потери, находились в пределах допустимого делового риска. В случае наличия вины директора, доказывание этого факта возлагается на инициирующую организацию.

В некоторых ситуациях можно установить факт недобросовестных действий или бездействия руководителя, в частности, если он утаивал сведения о сделке от членов фирмы или предоставлял им искаженные данные.

В данном случае Верховный суд не выявил аналогичных факторов. Материалы дела были возвращены в апелляционный суд для повторного изучения.