На протяжении многих лет формировались принципы оспаривания выплат сотрудникам организации, находящейся в стадии банкротства: речь идет о заработной плате, премиальных вознаграждениях и компенсационных выплатах. В случаях, когда должник не предоставлял доказательств получения денежных средств в качестве поощрения за результативную работу, судебные инстанции приходили к выводу о том, что компания осуществляла вывод активов из будущего конкурсного имущества, и эти средства следовало вернуть кредитору. Согласно последним прецедентам, суд может выносить подобные решения даже в ситуациях, когда с момента начала выплаты сотрудникам до признания компании банкротом прошло более двух лет.
Процедура оспаривания премиальных выплат топ-менеджменту в делах о банкротстве является достаточно распространенной. Существует неформальное правило: чем выше занимаемое сотрудником положение в организационной структуре, тем выше вероятность того, что суд придет к заключению о его осведомленности относительно финансового состояния компании. Таким образом, руководящий состав предприятия, признанного несостоятельным, обязан предоставить доказательства обоснованности получения премии. В случае отсутствия подтверждения эффективности работы сотрудника премия может быть признана недействительной.
Обратите внимание
Типичный случай произошел в деле о банкротстве банка (№ А56-140063/2018). В период с 2017 по 2018 год кредитная организация перечислила руководству ежемесячные премии на общую сумму 160 миллионов рублей, а также почти 18 миллионов рублей в виде иных стимулирующих выплат, после чего осенью 2019 года была признана банкротом.
Агентство по страхованию вкладов обратилось с требованием о признании приказов о премиальных выплатах недействительными. Первоначально судебные инстанции отклонили иск, однако после повторного рассмотрения дела требования были частично удовлетворены, и в пользу банка было взыскано определенное вознаграждение:
-
59,6 млн руб. — с председателя правления банка;
-
20,2 млн руб. — с вице-президента и административного директора;
-
38 млн руб. были взысканы с заместителя председателя правления и руководителя московского филиала учреждения;
-
С вице-президента и руководителя департамента административного контроля потребовали выплатить 20,2 миллиона рублей.
Все премированные сотрудники обжаловали решения о взыскании премий через кассационные жалобы.
Шестнадцатого февраля суд Апелляционной инстанции Северо-Западного округа постановил, что требование возврата премий с трех из четырех ответчиков было обоснованным: они получили поощрения в период до трех лет, предшествовавший подозрению, и эти выплаты существенно превышали их заработные платы.
Также установлено, что суммы выплат этим сотрудникам были во много раз больше, чем вознаграждения других банковских служащих, которые, подобно ответчикам, несли административные и финансовые риски.
<
Кассация создала опасный прецедент
По мнению юристов, опрошенных изданием, несмотря на то что практика обжалования премиальных выплат не является уникальной, рассматриваемое дело способно оказать существенное влияние на ее развитие, Право.ru. Как правило, в ранее освещавшихся судебных разбирательствах оспаривались премии, выплаченные руководству перед началом процедуры банкротства. Однако в данном случае суд поддержал позицию Агентства по страхованию вкладов, которое оспорило выплаты за период, охватывающий два календарных года, предшествующих отзыва лицензии.
Обратите внимание
Указанный двухлетний срок был установлен в рамках ретроспективного пересмотра резервов по кредитам, который базируется на закрытой методологии Агентства по страхованию вкладов.
Особенностью данного дела стала его сложность: для оценки и признания выплат премий недействительными судам потребовалось три года и два этапа рассмотрения.
Однако решение кассационной инстанции установило опасный прецедент. На его основании существует возможность оспорить любые сделки, совершенные премированными сотрудниками.
Обратите внимание
Глубина пересмотра таких сделок физического лица будет зависеть от даты наступления его неплатежеспособности. В соответствии с устоявшейся практикой, этот момент определяется получением первой премии, ставшей предметом оспаривания.
Таким образом, под угрозой оспаривания теперь могут оказаться более многочисленные и разнообразные сделки премированных работников, находящихся в процессе банкротства, включая договоры купли-продажи недвижимости, транспортных средств и прочих активов.
В настоящее время суды получили возможность пересматривать соглашения с руководителями компаний, заключенные еще в период, предшествующий процедуре банкротства.