Суть дела
Водитель-экспедитор трудился в обособленном подразделении общества с ограниченной ответственностью. Трудовой договор предусматривал нормированный восьмичасовой рабочий день и сорокачасовую рабочую неделю с окладом (позднее система оплаты труда была изменена). Заявитель утверждал, что на протяжении всего периода работы работодатель регулярно поручал ему выполнение рейсов, которые неизбежно приводили к сверхурочной работе.
Работником был направлен иск в судебную инстанцию с требованием о возмещении организации долга по выплате заработной платы за отработанное время сверх нормы на сумму более семи миллионов трехсот тысяч рублей, а также компенсации морального ущерба в размере ста тысяч рублей. В качестве доказательств своих претензий истец представил маршрутные листы и видеозаписи, которые, как он утверждал, демонстрировали, что фактическое количество отработанных часов значительно превышало установленный предел.
Решения судов
Суд первой инстанции удовлетворил иск частично, взыскав с ООО в пользу работника пятьсот восемьдесят семь тысяч пятьсот тридцать один рубль за сверхурочную работу и пять тысяч рублей компенсации морального вреда. Претензии по периоду с августа 2021 года по март 2023 года были отклонены вследствие пропуска сотрудником трехмесячного срока давности, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
Aпелляционный суд изменил решение. Судебная коллегия пришла к заключению о том, что срок исковой давности был пропущен по обоснованной причине. Было установлено, что истец неоднократно обращался в организацию с запросами на предоставление документов и пытался урегулировать ситуацию мирным путем, включая обращение с заявлением об истребовании бумаг. У работника сформировались «обоснованные ожидания» восстановления прав во внесудебном порядке, что является основанием для продления срока.
Судебная бухгалтерская экспертиза имела большое значение, поскольку в ходе её проведения было установлено, что в период с августа 2021 года по декабрь 2023 года истец отработал 14 197 часов 40 минут. Объем переработанного времени составил 9 396 часов 30 минут.
Принимая во внимание выводы экспертов и признавая представленные путевые листы допустимыми доказательствами (несмотря на возражения представителя ответчика относительно несоответствия табелям учета переработок), апелляционный суд обязал ответчика выплатить три миллиона сто двадцать три тысячи четыреста шестьдесят пять рублей девяносто копеек в качестве задолженности, увеличив изначальную сумму более чем в пятикратном размере. Суд отметил, что именно наниматель должен гарантировать правильный учет сверхурочных часов (пункт 7 статьи 99 Трудового Кодекса Российской Федерации), и если он не выполнил эту обязанность, суд имеет право опираться на расчеты работника и специалистов.
Решение апелляционной инстанции было оставлено в силе кассационным судом.
Выводы
Недавние судебные решения вновь продемонстрировали, что работник уязвим в трудовых отношениях. Обязанность вести достоверный учет отработанного времени, например, с использованием системы ГЛОНАСС/GPS или правильно оформленных путевых листов, лежит на организации. В случае неисполнения этого требования, суд, опираясь на предоставленные работником доказательства, даже если это будут копии путевых листов, встанет на его сторону.
Срок исковой давности в три месяца может быть пересмотрен, если сотрудник прикладывал усилия для разрешения вопроса с работодателем или запроса необходимых документов. Однако работникам не следует чрезмерно полагаться на подобный подход и откладывать подачу заявления в суд. Если такая ситуация имеет место, стоит аргументировать обращение в суд с задержкой ссылкой на попытку мирного урегулирования разногласий.
Значимым фактором в рассматриваемом деле также стало отсутствие дисциплинарных мер со стороны организации по отношению к водителю за несанкционированное использование служебного транспорта или неправильное оформление путевых документов. Это косвенно указывает на то, что все указанные часы были затрачены на выполнение поручений компании.
Информация получена из Определения Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 28 мая 2026 года № 88-10856/2026.