Выездная проверка и ее результаты
Финансовая инспекция инициировала выездную проверку на территории организации. По итогам проверки были скорректированы показатели НДС, налога на прибыль, а также начисляются неустойки и административные взыскания. С момента утверждения результатов внеплановой налоговой проверки организация получила уведомления о необходимости уплаты задолженности по платежам.
В связи с бездействием организации, контрольный орган 24 октября 2022 года принял решение об изъятии средств из расчетных счетов предприятия для компенсации неуплаченных налогов. Параллельно были оформлены требования о принудительном взыскании.
Руководство компании не согласилось с действиями представителей контролирующего органа и подало иск в арбитражный суд. Представители бизнеса утверждали, что инспекторы допустили пропуск установленных сроков проведения выездной проверки – более чем на два года. По мнению организации, это дает им право оспорить принудительное исполнение налоговых обязательств.
Судьи подержали компанию
Первоначально решения судов были благоприятными для бизнеса. Судебные инстанции первой и апелляционной инстанций поддержали позицию компании, указав на то, что при определении сроков вступления в силу постановлений по результатам выездной проверки и последующего принудительного исполнения возникших обязательств необходимо руководствоваться не фактическим временем проведения контрольной процедуры, а нормами Налогового кодекса.
Судебная инстанция подчеркнула, что согласно временным рамкам, закрепленным в Налоговом кодексе, после начала выездной проверки – начавшейся 26 ноября 2018 года – меры по принудительному возврату долга должны были быть реализованы не позднее 7 сентября 2022 года. В этом утверждении предприниматели оказались правы, поскольку взыскание было инициировано лишь 24 октября того же года. «В результате чего указанные документы признавались таковыми, которые нельзя исполнять по закону», – заключили судьи.
Весы склонились на сторону инспекции
Тем не менее, вышестоящий суд отменил предыдущие решения, поскольку аргументы судов первой инстанции были признаны несостоятельными. В результате этого постановления арбитров оказались без силы, и требование общества было отклонено.
Суд апелляционной инстанции обратил внимание на то, что при оценке соблюдения сроков взыскания долга первостепенное значение имеет своевременность действий налогового органа именно на этапе исполнения решения. Иными словами, период для реализации процедуры по взысканию должен отсчитываться с момента вступления судебного акта в законную силу и предоставления возможности его выполнения.
Вместе с тем, пропуск сроков проведения выездной проверки не влияет на оценку действий налогового органа при реализации процедуры по возврату долга. « сам факт нарушения продолжительности налоговой проверки не может иметь юридической значимости для оценки законности мер, предпринимаемых налоговым органом в процессе взыскания задолженности по обязательным платежам. Иное повлекло бы сдвиг сроков, относящихся к различным административным процедурам – срокам рассмотрения дела об нарушении законодательства о налогах и сборах, а также срокам исполнения решения, вынесенного по результатам данного производства», – пояснили арбитры.
При принятии решения суд руководствовался точкой зрения Коллегии Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 5 июля 2021 года № 307-ЭС21-2135.
Кроме того, судьи кассационной инстанции подчеркнули для организации тот факт, что установленные законом сроки направления уведомлений о необходимости уплаты налогов были соблюдены. Аналогично, решение о принудительном изъятии неуплаченных сумм со счетов компании было принято в соответствии со статьями 46 и 70 Налогового кодекса.
Срок для исполнения решения налоговых органов начинает отсчет с момента его фактического вступления в законную силу, что произошло 9 сентября 2022 года. При этом не учитывались нарушения сроков проведения самой выездной проверки и последующего анализа полученных данных. Таким образом, местные арбитры посчитали ошибочными заключения коллег относительно утраты инспекцией права на принудительное взыскание задолженности.
Еще одна смена позиции в противостоянии между бизнесом и налоговой службой.
Однако дело не ограничилось судебными тяжбами между компанией и налоговой службой. Организация продолжала активно защищать свою точку зрения, что привело к рассмотрению вопроса в самом верховном суде.
Верховный суд Российской Федерации оспорил решения нижестоящих инстанций, отменив одно из них и оставив без изменений выводы первой и апелляционной судебных заседаний. В своем решении Верховный суд подчеркнул, что установление сроков для принудительного взыскания налоговой задолженности и проведения проверок преследуют единую цель.
Оба мероприятия, направлены:
Это необходимо для обеспечения баланса интересов всех участников правоотношений, регулируемых нормами налогового права;
- а также на обеспечение правовой определенности.
В дальнейшем арбитражный суд констатирует, что продолжительная проверка может быть признана необоснованной, если она ведет к чрезмерному или бесконечному контролю за деятельностью организации. Подобное заключение основано на Решении Конституционного Суда РФ от 16 июля 2004 года № 14-П и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 марта 2008 года № 13084/07.
Несоблюдение временных рамок, определенных статьями 88, 89, 100 и 101 Налогового кодекса, не приводит к изменению сроков, предназначенных для реализации мер по принудительному взысканию налогов, пеней и штрафов. Судебная инстанция при рассмотрении вопроса о соблюдением налоговыми органами установленных временных границ осуществления мероприятий принудительного исполнения принимает во внимание продолжительность, определенную нормативными актами Налогового кодекса», – пояснили судьи, ссылаясь на пункт 31 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 года № 57 и Определение Конституционного суда РФ от 28 марта 2024 года № 576-О.
В случае, если совокупность действий, выполненных в процессе мероприятий налогового контроля, превысила двухлетний период, установленный пунктом 1 статьи 47 Налогового кодекса, то у проверяющих утрачивается право на принудительное взыскание задолженности как через процедуру внесудебного порядка, так и посредством обращения в суд.
В рамках текущего разбирательства налоговому органу необходимо было предоставить предприятию акт проверки не позднее 4 октября 2019 года. Вместо этого документ был направлен организации почтой с уведомлением 15 ноября 2019 года, а компания получила его еще позже – 26 ноября 2019 года. Таким образом, передача акта была осуществлена более чем на месяц после установленного срока.
В процессе изучения материалов проверки инспекторы не уложились в сроки формирования и передачи дополнения к акту. Решение по результатам проверки должно было быть сформировано до 11 марта 2020 года, а передан организации – не позднее 26 марта 2020 года. Однако ревизоры подготовили документ только 25 мая 2022 года.
В то же время, налоговую организацию приглашали для обсуждения отчета о результатах проверки и дополнительных процедур на даты: 13 апреля, 6 мая и 25 мая 2022 года. Причин, связанных с запросами организации или ее отсутствием в контрольном органе, не выявлено.
Таким образом, налоговый орган допустил систематическое нарушение регламентов, предусмотренных Налоговым кодексом:
- срока вручения акта ВНП;
- установленных временных рамок для проведения дополнительных проверочных мероприятий и оформления их заключения;
- срока анализа данных выездной проверки и принятия решения по ней.
Действия аудиторов привели к задержке в утверждении оспариваемого решения о возврате средств и отправке требования об оплате, а также к пропуску установленного двухлетнего ограничения для принудительного сбора дополнительных платежей.
А.В. Веселов, аудитор, к.э.н.
Полную версию статьи «Какой период установлен для взыскания доначислений?» , вместе со всеми заключениями судей, доступно на веб-ресурсе журнала «Практическая бухгалтерия».